Сергей Демидюк: «Моя самая большая победа – рождение сына»

28

Рекордсмен Украины в беге на 110 и 60 метров с барьерами, финалист чемпионата мира 2007 года Сергей Демидюк поделился своими горестями и радостями, убеждениями и предположениями, выводами и планами с корреспондентом «Главреда» Ольгой Николаенко.

 «Сергей Демидюк – настоящая находка для журналистов», – сказал один из украинских тренеров…

 

…когда я восхищенно рассказывала ему о своем первом интервью с рекордсменом Украины в беге на 110 метров с барьерами. С каждым последующим разговором лишь продолжала убеждаться в правдивости его слов. Сергей интересен и как спортсмен, и как человек, и как собеседник.

 

В этот раз разговор начался с воспоминаний о Берлине и чемпионате мира, но не о соревнованиях, которые успели обсудить еще в Германии, а о самом городе и околоспортивных мероприятиях.

 

Наша привычная программа на соревнованиях — аэропорт–гостиница–стадион и в обратном порядке. Как правило, больше ничего увидеть не удается. В Берлине, как на любом крупном форуме, были почти две недели. Находясь так долго в стране, просидеть все время в гостинице — это своего рода преступление.

 

И как вам город?

 

Понравился. Кстати, говорят, что Киев самый зеленый город, но, попадая в Берлин, в этом легко усомниться.

 

Берлин, пожалуй, самый ухоженный зеленый город Европы, а в Киеве вся зелень более дикая, свободная.

 

Да, возможно. У них огромное количество парков, лужаек, куда люди приходят отдыхать. Даже перед Рейхстагом спокойно можно посидеть на травке, и никто не будет «гонять с ружьем», как у нас, если не дай бог где-то ступишь на газон.

 

Да и на территории стадиона во время перерывов можно было отлично отдохнуть, купив что-то перекусить и выпить, что, в общем-то, и делали практически все!

 

Вот! У них на соревнованиях, особенно в маленьких городах, обычно так и происходит. Люди приезжают даже с грудными детьми, садятся, где им удобно: на пригорках, лужайках, трибунах. Покупают всем известные баварские сосиски, спокойно могут устроить себе пикник. Для людей это отдых, зрелище. Театр — тоже отдых. Но у нас нет особой подготовки, нет face- и dress-control. Приходишь и отдыхаешь, выгладишь, как хочешь, все абсолютно демократично.

 

Каким же достопримечательностям отдали предпочтение в Берлине?

 

Прогулялись вдоль реки, посетили самые известные места, о которых всегда спрашивают, когда узнают, что ты был в Берлине. Это Рейхстаг, Бранденбургские ворота, телебашня на Александрплатц. Не обошли вниманием и Берлинскую стену. По всему городу есть участки, где сохранились ее остатки. Говорили, что небольшой кусочек был даже на территории нашей гостиницы, но я его не видел. Зато в центре посмотрел «легендарный поцелуй Брежнева».

 

Съездили к памятнику солдату-освободителю. Его возводили русские, Советский Союз, с которым у немцев было и противоборство, и войны, и противостояния капиталистического и социалистического мира, но в Германии все сохранили, ухаживают и вкладывают огромные деньги, чтобы за всем следить. Там, в отличие от нашей страны, чтят историю, хотя это ее черная страница. До сих пор немцы расплачиваются и материально, и морально за то, чего сам народ, который сейчас живет, практически и не делал.

 

Во время чемпионата весь Берлин жил легкой атлетикой. Проявлялось это абсолютно во всем. Но спросить хочу о некоторых спортивно-организационных моментах вне стадиона. Как вам идея с Kulturstadion у Бранденбургских ворот и всевозможные акции наиболее известных спортивных брендов (Nike, Adidas, Puma), к примеру, «Побегай с Асафой Пауэллом», и с привлечением звезд легкой атлетики?

 

Kulturstadion шикарный, здесь и говорить нечего. Что касается спортивных брендов, то официальные соревнования тем и отличаются, что фирмы, имеющие контракты, пользуются ситуацией, рекламируя себя, но попутно и легкую атлетику. Те акции, что мы видели, это привычная практика. В Берлине это были дорожки, где все желающие могли побегать, проводились конкурсы, была возможность сфотографироваться со звездами. Маркетологи всегда придумывают разные фокусы. Ведь если на соревнованиях такого ранга будет одно и то же, станет не совсем интересно. Это взаимовыгодное сотрудничество спорта и бизнеса, свойственное всему миру. И лицо, спортсмен с брендом, как раз и есть лучшая реклама.

 

Стараются не отставать и сами организаторы спортивных соревнований, придумывая развлечения для зрителей на трибунах?

 

На соревнованиях в Хенгело на каждое сидение клали подушку, которую потом можно было забрать как сувенир. Между трибунами ходили официанты и разносили небольшие закуски, включенные в стоимость билетов: бокал шампанского, сок и небольшие тартинки.

 

На одних из соревнований в Швейцарии у каждого вида был свой спонсор. На барьерах им выступило казино. Болельщики бесплатно получали билетик со списком спортсменов и могли делать свои ставки. Победителям вручались призы в виде символики соревнований: кепка, футболка с росписями спортсменов.

 

За границей из любого старта делают шоу и даже разыгрывают небольшие спектакли. На соревнованиях в Кенигс Вестерхаузене, чтобы повысить интерес спортсменов к турниру, в некоторых видах разыгрывали путевку на этап «Золотой Лиги» в Берлине. Однажды организаторы придумали очень интересный сюрприз: на площадку сел вертолет, спортсмены, отобравшиеся в Берлин, заняли в нем свои места, организатор объяснил, что вертолет отправляется на «Золотую лигу», и тот улетел под аплодисменты. Обыграли просто изумительно!

 

Вечно возникающий вопрос: неужели у нас так нереально провести что-то подобное? Или снова все упирается в отсутствие стадионов?

 

Дело даже не в них. Если есть возможность, но нет желания, ничего не получится. Да, многое упирается в финансирование. Но есть много промышленных и финансовых структур, которые имеют огромные деньги и для них это капля в море. Многие сделали бы свой вклад. Просто нужно выйти с честным предложением и прямо сказать, сколько для этого нужно денег. Целью должно быть именно проведение соревнований, а не мысли о том, сколько ты на этом заработаешь. На Майдане проводятся прыжки с шестом, там же можно устроить соревнования и в прыжках в высоту, и в барьерном беге. Люди у нас этого ведь почти не видят. У меня тоже есть определенные задумки, но нужно сначала самому стать на ноги в спорте, затем в бизнесе, дабы иметь определенные средства.

 

Свои идеи вы начали воплощать с детского турнира в Симферополе. Как сейчас обстоят с ним дела?

 

Мы организовали его вместе с Людмилой Блонской и моим первым тренером Светланой Селицкой. Планируем провести и в этом году, в октябре. Светлана Сергеевна сейчас занимается организацией. Если соревнования состоятся, будет сюрприз.

 

Нужно занимать активную жизненную позицию. С появлением новых возможностей можно перескочить на другой уровень, не забывая о детях. Во многих странах программа 70-80 процентов международных стартов начинается с детских. Они выступают на соревнованиях, на которых можно увидеть мировых и своих звезд легкой атлетики, получают определенный опыт, родители видят, что это нужно и интересно, сами приходят посмотреть. В этом ключе и нужно работать.

 

Перейдем к вам, как к спортсмену. После того, как на Олимпиаде вы не вышли на старт, было очень много разговоров, и многие из них сводились к словам: «Повезли в Пекин туристов». Можете, пускай и год спустя, объяснить людям, от которых звучали не самые приятные комментарии, что на самом деле произошло и как в такой ситуации чувствует себя спортсмен?

 

У каждого может быть свое мнение, ни в коем случае не буду его отбирать. Но чтобы делать выводы, нужно разобраться в ситуации. Сложности в том, чтобы подойти и поинтересоваться, что произошло, не было. Но зачем? Человек так устроен, что идет по пути наименьшего сопротивления. Чем отличается профессиональный журналист от непрофессионального? Профессионал делает выводы, исходя из определенной, имеющейся у него информации. Непрофессионалы базируются на каких-то догадках. То же самое касается всех людей.

 

Я травмировался за месяц до Олимпийских игр. Врачи сказали, что через три недели все заживет. Поэтому мы и ехали. Это Олимпийские игры и каждый надеется на какое-то чудо. Более того, накануне мы говорили с руководителями сборной о том, что я травмирован, и неизвестно, смогу ли восстановиться. На что нам сказали: «Давайте поедем, попробуем». Это было обоюдное решение всех участников данной ситуации.

 

Через три недели действительно все зажило: был рубец, мышца стянулась, но функционально не восстановилась. Именно это не позволило бежать. Каждый день через боль, перематывая ногу, я тренировался, разминался, бежал, пытаясь привести ее в нормальное состояние. В итоге из-за этих тренировок выздоровление откатилось на два месяца, и после Олимпиады пришлось восстанавливаться до декабря. Я потерял очень много времени. Но сложнее всего было психологически, когда понимаешь, что не все правильно воспринимают происходящее.

 

Отчасти где-то было похоже на туристическую поездку, хотя так утверждать и не совсем правильно. Мы ведь тренировались, пытались успеть восстановиться, но не получилось. Но если бы я знал, что так произойдет, не ехал бы. Очень сложно находиться на соревнованиях, видя, что ты реально мог бороться не то, что за финал, но за тройку. А исходя из результатов, которые я уже показывал до Олимпиады и с которыми люди прошли в финал, попадать в восьмерку лучших вообще не было проблемой.

 

Что касается травм, то кроме меня за десять минут до выхода на дорожку травмировался Станислав Олияр. Олимпийский чемпион Лю Сян вышел на старт, но не побежал.

 

Некоторые как раз и упрекали вас в том, что в отличие от Лю Сяна вы даже не вышли на старт…

 

Ему нужно было это сделать. Он выступал перед своими трибунами, должен был показать, что он есть, пытался и боролся. Терренс Траммелл тоже вышел, побежал, а после второго барьера его забрали на носилках. Я ведь таким же образом и травмировался. Чувствовал боль, но решил бежать…

 

Руководство хоть не ставило в упрек пекинские события?

 

Санкций вроде бы не было, лучше все равно ведь никого нет, но вопросы возникли. Я отчитался в Комитете, предоставив на бумаге отчет об уровне своих результатов с 2004 года и их динамике. Оказалось, что лучшие показатели были на главных соревнованиях: на чемпионате Европы – лучший результат сезона, на Универсиаде, а затем чемпионате мира – национальные рекорды. Только все это моментально забывается, и спортсмены это прекрасно знают. Есть много примеров, когда после выигранных медалей к тебе подходят, берут за руку, говорят, что воспитали. Но как только у тебя травма либо падение результатов, сразу пытаются наказать, показывая, что они руководят. Надо понимать, что спорт – это хождение по лезвию ножа. Если ты недоработал, то не покажешь результат. Если чуть-чуть «перегнул», то травмируешься.

 

Вы ведь не занимали  чье-то место. Если бы в Пекин не поехали вы, не поехал бы никто?

 

В том-то и дело! Все объективно: соревнуешься, побеждаешь – едешь. Если кто-то на чемпионате Украины выиграет у Сергея Демидюка, то именно он поедет на соревнования. Но пока, наверное, лет девять никто не может показать результат, равный хотя бы нормативу Б, необходимому для участия в чемпионатах и Олимпийских играх.

 

Конечно, при неудачах можно уволить спортсменов, но кто тогда будет соревноваться? Возьмем чемпионат мира. У нас не было медалей, но семь человек попали в восьмерку. Остальных уволить? Сегодня получилось так, завтра так. На Наталию Добрынскую тоже перед Олимпиадой никто не ставил, а она победила. Нужно быть объективными и при этом иметь информацию, что и где произошло.

 

Вы упомянули Станислава Олияра. Знаю, что у вас дружеские отношения, но и спортивные судьбы в последние годы похожи: травмы, возвращение, чемпионат мира…

 

У нас и вправду есть общие точки соприкосновения: он русскоязычный, его мама и тренер – наш общий менеджер. Стас из ныне бегающих белокожих барьеристов самый сильный. Я многому у него учусь. Он с 19 лет бегает на уровне 13,40 секунд и выше. А с травмами… Это непруха. Как-то, когда я еще не бегал так быстро, он мне сказал по поводу травм: «Знаешь, бежать десять раз по 13,50 с – это не проблема. Вот пробежишь один раз 13,20, тогда поймешь».

 

Быстрый бег для организма – большая проблема. Здесь включаются сверхскорости. Мышцы сокращаются в таком режиме, напряжение в нервной системе насколько сильное, что это для обычного человека ненормально. Из-за этого происходят перегрузки. Кто-то спросит, почему такого нет у американцев? Есть, но для них созданы нормальные средства для восстановления: массажисты, врачи, физиотерапевты, сауны, бассейны, все сопутствующие процедуры. Спортсмену в Америке делают несколько сеансов процедур, он пару дней отдыхает, и все проходит на начальной стадии. У нас каждый сам ищет физиотерапевта, процедуры, сам за них платит. Хорошо, если это атлет высокого класса и зарабатывает за границей. А что делать остальным? Вот и нет у нас новых спортсменов, ведь все упирается в восстановление, средств на которое нет. А сверхпоказатели мирового класса, входящие в топ 10, требуют другой энергии и затрат от организма, из-за чего и возникают травмы.

 

Хотя у меня причина не в переутомлении. Мы настолько жестко и тяжело тренируемся, что физически за несколько соревнований я не могу устать. Проблема в моей пояснице. Многие люди, даже не спортсмены, могут меня легко понять. Когда что-то смещается, а нижний отдел позвоночника иннервирует нижние конечности, у обычного человека появляется боль и дискомфорт. А если ты при этом бежишь со скоростью 10 метров в секунду, у тебя просто что-то рвется или спазмируется.

 

Вы не раз говорили, что для выхода на пик формы к главным турнирам, вам нужно предварительно сделать несколько международных стартов, почувствовать себя, соперников, соревновательный дух. Но в этом сезоне времени подготовится у вас-то и не было. Как искали выход из этой ситуации?

 

Если хочешь научиться играть в шахматы, нужно играть с сильным соперником. Так же и у нас. Соперничество с элитой помогает подтянуться. Те сезоны, которые я провел в стартах за границей, мне удались. Сейчас готовился здесь, и вы сами видели, что из этого вышло. В принципе, ничего.

 

Но сейчас самочувствие позволяет с оптимизмом смотреть в следующий сезон?

 

У меня год прошел под эгидой борьбы с травмами. Борюсь с ними уже дней 300 точно, с середины 2008-го. Вроде бы удалось победить их, но не скажу, что совсем. Если ничего не болит, то ты умер. Сейчас вроде бы нашли не просто лечение, а профилактику. Друзья порекомендовали специалистов. Но опять же, это все без участия государственного аппарата восстановления спортсменов.

 

Перед чемпионатом мира удалось нормально потренироваться только последний месяц. И все же наблюдается хорошая тенденция. Я бегу стабильно, в одном диапазоне, пускай сейчас это и не 13,30, но все в одну точку. То есть, если я выхожу на определенный уровень, то держу его. Второй позитивный момент таков, что лучший результат сезона был показан именно на чемпионате мира, хоть он и был низкий. Так что схема подготовки правильная. Другое дело, что с апреля по июнь я не тренировался, а без базы бежать очень сложно. Не получилось всего сделать и зимой: из-за попыток форсировать процесс подготовки возникли другие проблемы. Пока разобрались с ними, все начало нарастать одно за другим, как снежный ком.

 

Как пришла идея обратиться к занятиям йогой?

 

Наталия Добрынская и её тренер-муж подсказали и дали мне видеокурс. Она тоже занимается. Это только некоторые составляющие йоги, упражнения на релаксацию, помогающие профилактически воздействовать на возникновение травм. Не скажу, что я по духу и темпераменту так уж подхожу к этим занятиям, но с моими проблемами с поясницей, которая и бьет по ногам, это очень актуально. Да и интересно к тому же.

 

А вообще, спортсмен должен развиваться всесторонне. На повестке дня у меня возник вопрос, что в этом плане мне стало скучно. Мы все-таки больше занимаемся своим делом, развитием спортивной формы, психологией, но хочется и чего-то нового.

 

И что для этого делаете, позвольте поинтересоваться?

 

Стараюсь больше общаться с людьми из других сфер, в том числе и с журналистами. Мне интересно, поскольку вы много путешествуете, общаетесь с разными людьми. Даже если это спортивный журналист, все равно разные увлечения, разный род занятий. Многие занимаются бизнесом, интересуются политикой, экономикой. Уже достаточно давно меня приглашают комментировать соревнования на «Поверхность-ТВ».

 

И у вас это отлично получается, отмечаю в который раз!

 

Поэтому и приглашают. И если бы я чувствовал, что не получается, не делал бы этого. Начал комментировать как приглашенный гость. Со временем было уже не так интересно только приходить и говорить. Я почитал об истории легкой атлетики, обнаружил много интересных фактов, в том числе о барьерном беге: откуда взялась такая высота барьеров, откуда пошли первые соревнования.  Сейчас я говорю не о Древней Греции, о которой и так много известно, а о более современных стратах, о том, какие были первые результаты, какие виды появились раньше, а какие позже. Мне показалось интересным рассказать об этом в эфире. К тому же, это могло быть познавательно не только для болельщиков, но и для спортсменов, специалистов, тренеров.

 

Сейчас повышаю свой уровень разговорного украинского языка, стараюсь больше на нем говорить. Находясь на разных соревнованиях, часто общаюсь по-английски, и не знаю государственный язык. Точнее, не так свободно им владею, как русским. Я ведь родился в Крыму, мои родители говорят по-русски. Но! Я все-таки живу в Украине и должен знать государственный язык. И хочу, чтобы мой ребенок знал украинский, русский и английский как минимум.

 

Неплохой опыт был во время проводов олимпийцев в Пекин на Майдане независимости, когда вы представляли всю нашу сборную и произносили речь как раз по-украински?

 

Несмотря на отношения к какой-либо из политических сил, стоять на одном Майдане с Президентом и представлять всю олимпийскую сборную было большой честью. В команде были спортсмены с более высокими достижениями, чем у меня, призеры Олимпиады и чемпионатов мира. Но было много людей, видеокамеры, политики, чиновники, поэтому нужен был симбиоз этих факторов – и умения сказать, и определенные спортивные достижения. Наверное, поэтому и выбрали меня.

 

Вот вы говорите об отношении к политике. А насколько активную позицию в этом процессе занимаете сами?

 

Если ты не влияешь на политику, то она влияет на тебя. Все должны быть на своих местах, заниматься своим делом и тогда все будет двигаться хорошо. Но сейчас ситуация в стране такова, что если бы представилась возможность, поучаствовал бы в этом процессе. Нужно становиться субъектом, а не объектом политических действий именно для того, чтобы развивать спорт на государственном уровне, как это делается в России и Беларуси, которые в этом вопросе ушли от нас далеко вперед. Но у нас сейчас другие перипетии, которые даже комментировать не хочется.

 

Зато артисты очень охотно высказываются по этому поводу и уже активно поддерживают «своих» кандидатов (за деньги или нет – это уже другой вопрос). Вы бы взяли на себя ответственность с экранов телевизоров агитировать за того или иного политика?

 

Все эти песни и пляски – ерунда. Для представителей шоу-бизнеса – это работа. С экономическим кризисом упали заработки на корпоративах и различных мероприятиях, за счет которых они, в основном, и жили. Но мне понравилась одна фраза: «Я не спешу ругать директора. Когда я им стану, скажу вам, правильно ли он поступал». Понимаете, в ситуации «если» очень сложно судить. Все зависит от каждого конкретного случая. Если меня призовут агитировать за здоровый образ жизни, а кто-то из партии гарантирует, что после выборов или уже сейчас мы займемся утверждением спортивной доктрины государства, то я бы этим занялся.

 

Но чтобы кого-то поддерживать, нужно быть уверенным в человеке, знать его лично, знать, что он хочет сделать и сделает ли это. С другой стороны, чтобы отстаивать свои личные убеждения, нужно быть материально независимым, иметь достаточный уровень доходов, чтобы тебя не беспокоили внешние источники. Тогда можно агитировать по идеологическим убеждениям. А если ты от них зависишь, то, будь-то спортсмены или артисты, если им предложат хорошие деньги, многие согласятся. Это бизнес, и, к сожалению, сейчас так происходит.

 

Мы сейчас говорим о гипотетической поддержке спортсменами политиков, но не наоборот ли должно быть? И при грамотном подходе к этому вопросу именно политики могут больше заработать на вас, чем вы на них.

 

Безусловно! Недавно общался с Виктором Михайловичем Астаховым, директором Школы высшего спортивного мастерства города Киева, которую я сейчас представляю. Он как раз шел на встречу с представителем Леонида Черновецкого, чтобы показать ему бюджет. Всем украинским городам выделили какие-то деньги в этом году: кому-то больше, кому-то меньше. Но Киеву – ноль. При этом Виктор Михайлович сказал так, как и должно быть: «Это не вы для нас, это мы для вас. Без спортсменов весь этот чиновничий аппарат – ничто». К сожалению, у нас это понимают не все.

 

Спорт и спортсмены – это лицо страны. И политики должны нас поддерживать. Развитие спорта – это показатель развития страны. Это же касается культуры и образования. И у нас представители именно этих отраслей (я не говорю о поп-культуре) говорят об уровне развития. И нужно поддержать хотя бы то, что имеется, тем самым показывая, что мы движемся в правильном направлении.

 

И самое главное, что спортсмены – это пример для детей, для нового поколения. Если будет популяризация всех видов спорта, родители и дети увидят, что Украине нужны не только футболисты. И те, кому не удастся показать высокие результаты на стадионах, в залах, во всяком случае, будут здоровыми, нормальными личностями. Спорт формирует не только здоровое тело, но и определенные черты характера: устойчивость к внешним воздействиям, умение трудиться, пересиливать себя, не обращать внимания на внешние факторы, соблюдать определенный режим, строить свой план подготовки.

 

Чемпионат мира – яркая иллюстрация происходящего в стране. Не было медалей, потому что в таких условиях никто не тренируется. Кто-то скажет, что кенийцы бегают по лесам, но они не бегают барьеры. Бег на дороге, по лесам и паркам – классическое явление для тех, кто специализируется на средних и длинных дистанциях. И украинцы в этом вопросе не исключение. Так много времени проводить на стадионе – очень нехорошо для психологии. Попробуйте, чтобы американцы потренировались в наших условиях, а потом показали результат. Думаю, все сразу станет ясно. У нас даже такая шутка ходит: если бы американцы и европейцы увидели условия, в которых мы тренируемся, они бы завязали, потому что людей, бегающих в таких условиях и показывающих результаты, победить нельзя. Психологически – точно.

 

Но несмотря на все трудности, высокие цели у вас сохраняются?

 

Иначе нет никакого смысла выступать! Копаться на месте никому не хочется. В этом сезоне моих результатов хватило, чтобы стать лучшим в Украине, но в мире ты с ними не котируешься. Если так бегать, лучше не бегать вообще. Либо я показываю высокое время, либо иду пробовать себя в другой сфере, где тоже нужно идти вверх, что-то менять, продвигаться вперед, чтобы было интересно. Но пока я остаюсь в легкой атлетике, и цели здесь самые высокие. Сначала нужно вернуться на свой уровень, а дальше шагать вверх. Мне всего 27. Чувствую массу физических, эмоциональных и психологических сил. Тренироваться, бороться с соперниками, с собой, с результатом – это не проблема. Главное, разобраться с источником проблем – с моей поясницей.

 

У вас сейчас должен быть такой эмоциональный подъем с рождением сына! Давайте немного и об этом. Когда стали отцом?

 

25 августа. Я как раз был на соревнованиях в Эстонии. Рождение сына – моя самая большая победа в этом году. Не получилось на дорожке, но теперь у меня полноценная семья и это здорово! Есть, для кого стараться, работать на дорожке, грызть ее, рвать, чтобы показать высокие результаты и обеспечить свою семью, дать своему сыну то, чего не было у меня и нет у многих других детей, лучших возможностей для развития, лучших условий. Бороться за двоих – это лишь дополнительный стимул к достижению цели.

 

И как назвали сына?

 

Давид.

 

Какова история выбора имени?

 

Особой истории нет. Просто понравилось имя. Рассматривали имена Данила, Никита, Максим, но в последнее время они более распространены. К тому же, моего крестника зовут Данила, знаю двух Никит у спортсменов… Мне еще нравится имя Александр, и моему отцу было бы приятно, чтобы назвали ребенка в его честь. Но возникли определенные дискуссии. Моя жена, Алена, не хотела традиционное имя. Было еще несколько вариантов, но тот, который бы понравились обоим, оказался только с Давидом. Почитали описание, ведь имя накладывает определенный отпечаток на человека. К тому же Давид Сергеевич Демидюк очень неплохо звучит. Вот  такая история без особой истории.

 

Ребенком занимаетесь вдвоем?

 

Первый месяц, наверное, самый сложный. К счастью, у меня сейчас отдых. Пока не уехал на сборы, процентов 90 времени мы вдвоем с супругой проводим с ним. Немного помогают родители со стороны Алены. Мои в Симферополе, приезжать не очень удобно. Но мы и вдвоем вроде бы справляемся.

 

Не пугает то, как дальше воспитать ребенка, чтобы он и совсем «белой вороной» не был, но и не попал под пагубное влияние сверстников?

 

Я никогда не стремился быть таким, как все. По многим факторам так и получается. Я общаюсь с людьми, которые мне интересны и близки по духу. Остальных могу уважать за определенные заслуги, человеческие качества, достижения, но если их мысли и мышление не так близки мне, то и общение минимально. Того же хочу для сына. Можно в чем-то быть и «белой вороной», если это позитив. Главное, иметь желание воспитывать, уделять этому внимание, прививать маленькому человеку что-то доброе и вечное. Но при всем этом, мой сын должен будет уметь постоять за себя, как физически, так и словесно, морально и психологически противостоять всем сложностям в жизни. Нужно подготовить полноценного человека, который бы, делая свое дело, менял в лучшую сторону эту страну и людей, находящихся вокруг него. Не секрет, что негативный человек несет негатив, а если человек счастлив, то вокруг него всем становится лучше.

 

Ольга Николаенко

 

http:// sport.glavred.info/